ENG
16 сентября 2014

«О вопль женщин всех времён: «Мой милый, что тебе я сделала?!»

Артур Артёмов | Интернет-портал Ulpressa.ru

Потрясающий «командный стиль» продемонстрировал и столичный ТЮЗ, представивший в рамках ульяновского фестиваля свой «золотомасочный» спектакль.

«С любимыми не расставайтесь». Роднит вологодцев и москвичей и цветаевская тема. Наблюдая за изломанными мужчинами женскими судьбами в спектакле ТЮЗа невозможно отделаться от цветаевского вопля «Мой милый, что тебе я сделала?». А блестящее умение актеров делать паузы между репликами иногда интереснее, чем сам авторский текст, и умение выйти на нереальный градус существования делают «С любимыми не расставайтесь» редчайшей жемчужиной современного российского театра. Когда в финале спектакля на, казалось бы, невозможном нерве звучат слова «Скучаю по тебе» и «Жалею тебя», происходит катарсис, которого некоторые не выдерживают и в смятении и слезах выбегают из зала. По словам побывавшей в Ульяновске Генриетты Яновской, режиссера спектакля и худрука МТЮЗа, в России этот «вопль женщин всех времен» равносилен самому искреннему и самому истинному «Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ!».
Эту одну из последних по времени написания пьес Александра Володина Генриетта Наумовна называет «слабой, иной». Имеет право, поскольку была лично знакома с драматургом и пару раз даже пивала с ним водочку. Яновская расширила спектакль тезисными цитатами из других произведений Володина. Например, из «Записок нетрезвого человека» или из новеллы-эссе «Все наши комплексы». Даже ввела в канву постановки гоголевскую Агафью Тихоновну из «Женитьбы». И все это не выглядит в общей концепции чужеродным. Сам драматург эту «наглость театра» оценил бы, уверена режиссер. И вспоминает, как однажды целых 15 минут играла володинскую пьесу своими словами в присутствии самого Володина. Драматург очень смеялся и отчаянно аплодировал.

В МТЮЗовском спектакле «С любимыми не расставайтесь» старательное следование авторскому тексту в угоду авторскому праву не главное. Оно бы, надо думать, в данном случае даже мешало бы. Ведь сохранено главное — пронзительность, глубина и нежность задушевного и честного разговора о цене расставаний и гибели человека в атмосфере нелюбви. И нет высшего судьи, который мог бы прекратить случающийся на сцене парад гордости, упрямства и неумения прощать, в котором стройными рядами сложившиеся семейные пары милых людей идут к разводу. Есть лишь обычная женщина — судья по бракоразводным процессам, берущая на себя сложную роль демиурга Любви. На фоне остальных актерских работ, каждая из которых в этом спектакле блистательна сама по себе, неподражаемая Виктория Верберг в роли Судьи — оголенный нерв и эмоциональный стержень постановки.

Отдельное украшение спектакля — сценография Сергея Бархина. Сценическая площадка-подиум. Все застелено идиллическим газончиком. По которому раскиданы в кажущемся беспорядке стулья, вещи. В воздухе подвешены стул и скамейка. Здесь звонят друг другу из настоящей телефонной будки, стирают в корыте и выжимают белье, которое затем развешивают на бельевой веревке, где до этого сушились фотографии. Купаются в настоящей ванне. Да и много чего еще делают. Спектакль перенасыщен важными и символичными мелочами и деталями. В которых, как известно, кроется дьявол. Но отнюдь не он, по мысли Яновской, нашептывает володинским персонажам трагедию нравов. Это они уже сами. Исправление ситуации в спектакле не предусмотрено. Да это и невозможно…

Сказать, что спектакль совершенен — значит промолчать. О его ювелирности кричать необходимо: гармония композиции и режиссерская продуманность вплоть до эпизодов плюс четкие и красивые формулы актерских работ, оставляющие широчайший простор для завидной органики. Без излишней трагедийности и сгущения красок. Любовь в этом спектакле не догма, а сама жизнь. Воздух, которого не хватает. Поэтому так часто главные героини, задыхаясь от нелюбви, доходят до экспрессии, когда интимное вырывается из глубин гортани криком… Точно так же не стесняется откровенничать Генриетта Наумовна, криком заходилась и ее душа на репетициях. От отчаяния за персонажей на сцене. Режиссер стремилась передать актерам эту свою сиюминутную боль без лишних и ненужных показов. Хотя актеры вспоминали в Ульяновске: несколько раз Яновская все же выходила на сцену с палкой, лупила ей по подмосткам от нахлынувших чувств и эмоций, пыталась научить артистов «правильно любить»…

Первый из двух спектаклей «С любимыми не расставайтесь» в Ульяновске был задержан на 25 минут. А у театра все два часа спектакля дежурила неотложка. За час до начала спектакля у звукорежиссера театра Андрея Радугина подскочило давление. Ждали, когда медики приведут его в себя. Два часа за пультом под наблюдением врачей Андрей отработал. На ночь его отвезли в больницу. А на следующий день Радугин провел второй спектакль. Подобная самоотверженность, как выяснила «УП», в МТЮЗе обычное дело. Однажды во время спектакля «Черный монах» звезда театра и кино Игорь Ясулович играл со сломанной ключицей. А когда актеру стало уж совсем невмоготу и его увезли на операционный стол, партнер Ясуловича по спектаклю Сергей Маковецкий доигрывал один за двоих. С единственной мыслью: «Вспомнить бы текст Ясуловича…»

И это тоже любовь. Любовь к профессии. Любовь с большой буквы.

В связи со спектаклем «С любимыми не расставайтесь» отчетливо вспоминается, что драматург культовых «Пяти вечеров», «Старшей сестры» и «Блондинки» был еще и поэтом. Поэзию автора в МТЮЗе расслышали, пропустили через себя и, чуть-чуть удачно препарировав, соединили с драматическим способом существования. Получилась настоящая театральная поэма, в которой не найдешь ни одной избитой рифмы к слову «Любовь». Хотя зарифмовано божественно… И в этом два спектакля — московский и вологодский — приятно схожи.



оригинальный адрес статьи

Пресса