ЗОЛОТАЯ МАСКА - ФЕСТИВАЛЬ И ПРЕМИЯ

Пресса

23 октября 2013

«Золотая Маска в Латвии», рецензия №4: «Материнское поле», без слов в ритме танца

Андрей Шаврей | Интернет-портал Focus.lv

Осенняя сессия фестиваля «Золотая маска в Латвии» завершилась показом спектакля Московского театра им. Пушкина «Материнское поле». Спектакль необычный – драматические артисты в нем танцуют, не произносят ни одного слова. Показанный в малом зале театра «Дайлес» два вечера подряд, он длился всего час, но оставил у зрителей большое эмоциональное впечатление.

За основу взята грустная повесть Айтматова о женщине, потерявшей на войне всех трех своих сыновей и мужа. Она остается совсем одна с младенцем на руках, оставшимся от умершей при родах невестки. Родившийся мальчик и внуком-то ей не является, поскольку отцом его был совершенно посторонний мужчина, «пожалевший» и «утешивший» вдову, а затем сбежавший к законной жене. В 60-егоды повесть была очень популярна, вместе с «Первым учителем» вошла в сборник произведений писателя и была не только экранизирована, по ней в Киргизии в советские времена был даже создан балет.

«Пластика молодых тел — идеальное выразительное средство, -- пишт о спектакле московские критики. -- С ее помощью легко рассказать и о молодецкой удали, и о горячечных поцелуях, и о жарком празднике сбора урожая, об общинном укладе жизни русской деревни, даже о войне.

Сценография простая, но запоминающаяся — листы ржавого железа , которые — чуть заденешь их — грохочут небесным громом и пушечными выстрелами. Война, забирающая у матери любимого мужа и трех сыновей, хоронит их всех под этим ржавым железом, под дождем из пулеметных гильз. Предметы-символы в этом спектакле удивительны и точны. Куски земли, камни, книги... Никакой фальшивой этники, всё — правда, и всё — быль.

Женские руки (матери и невестки) взмывают вверх, но от любимых остаются лишь тени... Продолжать жить в осиротевшем доме помогает надежда на чудо. Когда же в родовых муках погибает невестка, малыш остается на руках главной героини. Четырежды вдовы, с заплаканным сердцем, сухими глазами. Но она победит и эту беду, она вырастет внука и расскажет ему об ушедших родных и счастье, которое не повторится. И еще ... она обязательно произнесет (пусть не здесь, не на сцене) короткую горькую молитву — «Лишь бы не было войны».

Спектакль режиссера и хореографа Сергея Землянского получился необыкновенно сильным: здесь всё про человека, его боль и любовь. В пластике родились новые смыслы, и сама суть романа стал как будто легче, светлее. Землянскому и его актерам удалось показать горе так, чтобы зритель вышел из зала, до краев наполненный чувством приятия жизни. Трагедия неизбежна так же, как неизбежна жизнь и любовь.


Пронзительна мизансцена, когда под грохот проходящего на фронт мимо станции эшелона Мать слышит крик сына («Мама!» было единственным словом, произнесенным в спектакле), и от него в руках у неё остается только брошенная им шапка. Все эти детали, переданные лишь пластическими средствами в похожей на обряд пластической истории, тонко доносят дух и поэтику айтматовской повести».





оригинальный адрес статьи